Powered by Invision Power Board


  ОтветитьНовая темаСоздать опрос

> Українсько-російська війна очами очевидців
киянин
Отправлено: Фев 23 2015, 10:24
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25



Документальні свідчення, оповідання тощо.
PMEmail PosterWWW
Top
киянин
Отправлено: Фев 23 2015, 10:24
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25




Широкине. «F@cking Valentine’s Day!»

2015.02.23 | Сергій Янчук | Коментарів: 0 | Переглядів: 963

Напередодні свята ми вже знали, що з самого ранку висуваємося на передову. Там стало неспокійно.

Зранку перед виїздом, кожен зателефонував своїм, адже, телефони повинні були залишитися на базі.

В мене була важлива місія: я мав привітати синочка з його десятим Днем народження. Сказати все! Сказати, що люблю його, що пишаюся ним і ще багато напутніх побажань. Стільки всього в цю мить хотілося сказати… А ще – мав привітати і подякувати дружині за такий подарунок в День Св. Валентина. Дуже хотілося бути поруч з ними, а ще дужче – не хотілося видати себе в голосі.

Ми чітко розуміли, куди вирушаємо. Попри зовнішню зосередженість, відчувалося внутрішнє хвилювання: кожен розумів, що саме ця розмова, може стати останньою. Однак, рідні про це не мали здогадатися.


Далі була практично мовчазна дорога. Кілька виконаних місій, ще на підступах до Широкино. Вже поруч було чути постріли зі стрілецької та важкої зброї. Вже з почутого стало зрозуміло, що там не просто гаряче, там реальний …

І ось наступив час «Ч» для нашої групи – виконати своє завдання.

Автомобілі їхали швидко розбитими дорогами, але, здається, цього ніхто не помітив. У кожного своя візуальна зона контролю, а вуха слухали залпи, намагалися передбачити, чи це вже у наш бік летить. Раптом зупинка. Дорога заблокована і ближче до розташування наших, щедро обстрілюється з мінометів.

Ми вже зовсім поруч. Вирішуємо оглянути завал на шляху, а решта – розосередилась на випадок оборони. В якийсь момент за нами під’їжджає наш «танчик» у супроводі вантажівки нацгвардійців, які везли 75-кілограмові акумулятори для інших «танчиків» на передовій.

І тут понеслась…

Ми встигли почути тільки кілька хлопків, нам цього вистачило, щоб негайно сховатися в найближчих міцних спорудах. Ці міни були призначені нам. Точніше «танчику». Очевидно, що його побачив коригувальник.

Чотири секунди – і вибух. Попали десь поруч, але відстань була достатньою, щоб до нас навіть не долетіли уламки. Пристрілювалися.

Скориставшись моментом наведення, автомобілі негайно заїхали за найміцніші споруди. «Танчик» теж змінив позицію. В момент наступних хлопків я з частиною побратимів та нацгвардійців вже був в приміщенні якогось колишнього актового залу чи кінотеатру. Ми скупчилися, як нам здавалося, в найбільш міцній частині приміщення, в протилежному до сцени боці. Вважали, що там бетонні балки товстіші.

Міни лягли вже зовсім поруч. Знову почули звук двигуна нашого «танчика» – напевно, змінював позицію. Наступний снаряд вже потрапив в наше приміщення: саме навколо нього, як найвищого серед усіх, маневрував «танчик».

Далі мін не було.

Пристрілялися. По нас запрацював «Град» – це характерний, зовсім інший звук. Від попадань, наш актовий зал затрусився, почало сипатися на голову. Періодично стихало, а потім вибухи відновлювалися.

Скільки часу ми там провели – невідомо, але встигли наговоритися про все. Про тих сук, які, очевидно, десь поруч коригують ворога, встигли й пожартувати, посміятися.

В якийсь момент обстріл завершився, двигуна «танчика» не стало чути. Друга половина нашої групи, які ховалися в іншому місці, по рації повідомила, що знайшли новий шлях і разом з танкістами вирушили до передового штабу.

Ми теж розділились: на тих, хто пробиратиметься машинами, і тих, хто вирушить до штабу пішим ходом.

Цей піший марш-кидок, як і далі весь цей день, запам’ятав на все життя.

Побратим мав завдання прибути на передову, аби запустити безпілотний апарат. Дуже переживав, що його допомога потрібна нашим хлопцям там, а він мусить ховатися від обстрілу і чекати. Рвався туди кожною своєю клітинкою. З огляду на такий його стан, я і літній чоловік, нацгвардієць, вирішили скласти йому компанію. Аби раптом що, прикрити його.

Свого часу багато долав армійських смуг перешкод, але ніколи в бронежилеті, в повному екіпіруванні, з повним БК та автоматом. Стрибаючи та перелазячи через паркани, під звуки вихлопів спочатку ворожих мінометів, а ближче до позицій наших і ворожої артилерії, перебігали від будиночка до будиночка. При цьому з голови не виходить, що поруч можуть бути диверсійні групи, які могли зайти в тил, прорватися з флангів, тощо. Розтяжки, в тому числі й наші. Максимальна увага на все. Зізнаюся, яку ми здолали відстань не знаю, але здолав її виключно на адреналіні. В мирних умовах, напевно, такого забігу вже не зможу повторити.

Нарешті, ми – в передовому штабі. Його постійно обстрілюють, але всередині напівпідвального приміщення всі поводяться спокійно. Під час нетривалого затишшя артилерії, мін, градів, чути неподалік автоматні черги. Однак, тут на це ніхто не звертає уваги, кожен чимось зайнятий своїм.

Буквально за кілька хвилин, як ми прибули, вбігає за нами боєць і відразу застигає в проході, мовчить.. З горла тече кров. В нього шок. Хтось кричить до нього: уламком? Кліпає очима, наче відповідаючи – так. Благо, що не розгубився і зметикував відразу прибігти сюди. Хлопці-санітари негайно зайнялися ним. Розібравшись жартували: жити буде, до весілля загоїться…

Але на війні не встигаєш розслабитися. За кілька хвилин забігли танкісти. По «танчику» попали. Всі живі, але командир залишився без фаланги великого пальця лівої руки і зі страшним забиттям грудної клітини, а ще контузія. Механік розповів, що лупнули з його боку, от і дісталося командиру найбільше.

Побратимам надали первину медичну допомогу. Хтось дивом підігнав до входу автомобіль і таким же дивом завантаживши поранених повіз їх під обстрілами до лікарні. Знаю, що вивіз і все добре.


Наш літній нацгвардієць розчинився серед інших в штабі. Мій побратим, говорить, що має ще справи тут, а мені радить йти до решти нашої групи. Питаю куди йти, де їх шукати? Я ж без рації. У відповідь жест рукою у визначений бік, а сам – зник в кімнаті командування. І тільки тоді я звернув увагу, що тихо, наче не обстрілюють.

За мить я вже на вулиці. Швидко, але уважно рухаюсь у показаному мені напрямку. Кілька хлопків, по характеру звуку вистріл десь дуже далеко. Розумію, що ще й уявлення не маю, в якому ж з приміщень мої, біжу в напрямку останнього. Вибух стався неподалік, але я його не відчув фізично. Подумалось, це добре. Біжу далі, аж бачу людей – наші!


При виході в підвал сиділо кілька бійців. Впізнаю серед них хлопчину з Одеси з позивним «Козак». Ми товаришували, хоч і були в різних підрозділах. Вважав його одним з найкращих представників Української Нації. Мені подобалась його весела натура і войовнича сміливість та ненависть до сепаро-терористів.

Вітаємося з ним, обіймаємося та посміхаємося один одному, щиро раді бачити один одного. Через пару годин його не стало…

Наша позиція була крайньою на цьому фланзі. Ще попереду був окоп, де тримав оборону його земляк та дуже близький друг. Їх постійно накривали артобстрілом і в якийсь момент хлопців необхідно було звідти витягнути. Група «Козака» на чолі з ним пішла на виручку побратимам. Живим не повернувся. Тіло забрали пізніше.

Цей незламний, цілеспрямований і сміливий погляд на його радісному обличчі від нашої зустрічі запам’ятав назавжди. Він буде в моєму серці…

Після зустрічі з «Козаком», спустився в підвал. Почався обстріл та й мав там знайти побратимів з мого підрозділу, аби скоординуватись щодо подальших дій.

Далі був багаточасовий обстріл всіх наших позицій. Стріляли з усього, багато й настільки влучно по будинкам, де були ми, штаб та інші підрозділи, що кожне попадання відчував кожною клітинкою свого тіла. Десь тоді знову згадав, що нині – День Св. Валентина, ми ще всі жартували, що уроди сиплють стільки годин по нас усіма можливими своїми подарунками. Хтось говорив, що худоба вирішила напередодні початку дії Мінських домовленостей вистріляти все, що в них є, в тому числі й резерви.

Довбали по нас так, що не раз була думка: мої вдома, напевно, вже святкують День народження мого чемпіона. Тож, сьогодні від татуся має бути найкращий подарунок – не загинути під цим обстрілом.


Земля навколо нашого підвалу реально була чорною. Автомобілі, що наші спробували заховати за приміщенням, згоріли. Всі!

В перервах між залпами та вибухами, нашим таки вдалося запустити з даху безпілотник. Після того, як хлопців з крайнього окопу витягли, довелося кілька разів походити у розвідку, адже, наш підвал – це єдиний укріп район з цього флангу. Насправді, за тих кілька секунд, до хвилини часу, вдавалося багато чого важливого зробити: скоординувати дорогу танкам, швидко завантажити на автомобіль поранених і виїхати до обстрілу. Виявляється, ми часто недооцінюємо час, що у нас є…

У ворога, дійсно, закінчився весь боєкомплект. На дворі вже було темно. Активізувався наш транспорт, рухалися без увімкнених фар та габаритів. Після обстрілу ніхто не володів інформацією, де нині вже може бути ворог. Чути було тільки періодичні автоматичні постріли та іноді – постріли нашого «танчика».

До підвалу забігли чоловік п’ятдесят побратимів зі «Східного корпусу». Хтось розповів історію про те, як щойно в передовому штабі один з наших іноземців розповів неймовірну історію. Вдень, він разом з групою, зачищали Широкине. При контратаці ворога, група вимушена була відступити. Іноземцю з комунікацією було важко – він не володіє, ані російською, ані українською. Тож, загубився під час бою. Залишившись сам, магазини були порожніми, познімав з себе наші розпізнавальні жовті пов’язки і причаївся під якимось парканом. Раптом побачив, що поруч з ним шикуються сепари. Негайно вискочив до них і встав до них в стрій. Вислухавши незрозумілою мовою для нього інструктаж, пішов разом з усіма у наступ на наші позиції. Далі втік і дивом не пристрілений нашими добрався до штабу. Підсумком його історії стала сказана ним фраза: «F@ucking Valentine’s Day!». Як ви розумієте, після цього стояв неймовірний регіт. І це було добре, це збадьорило хлопців. Тому що далі був наказ «Східному корпусу» висунутися в Широкине для підтримки наступу наших підрозділів.

В підвалі наступила тиша. Зовні було темно і хлопці розуміли, що кожен з них може більше не повернутися. Паніки не було. Хоча, один серед них, спробував диктувати якісь умови. Він до речі, раніше найбільше говорив про ганебну владу, пороха, поганих генералів і тому подібне. Але згодом, побачивши, що його побратими на спічі не реагують, очевидно в цей момент думками вони були з рідними тощо, швидко заткнувся.

Ще в хлопців якось не склалося злагодження з їхнім командиром: можливо, заслужив. Пізніше, коли вийшов на прикриття їхнього виходу, то спостерігав картину, як цей командир повернувся до нашого приміщення, наче щось забув. В той час його підрозділ, якого я вже в темноті не бачив, хором вигукнув: Слава Україні! Героям Слава! Слава Нації! Смерть Ворогам! Більше я ні цього командира, ані цих Героїв не бачив. Тільки чув, як десь там в темряві вони перегукуються, просуваючись щораз далі і далі. Постріли, багато пострілів. Ще їм на підмогу вслід поїхав наш «танчик». Через певний відрізок часу за ними вирушили й лікарі, по рації повідомили, що є 300-ті (поранені). Знаю, що їх вивезли і все нормально з ними.


Залишившись обороняти свою позицію на крайньому флангу, ми чули не тільки постріли. В якусь мить, десь там у небезпечній темряві, зовсім поруч, пролунав розриваючи свідомість, страшний крик. Ніколи не чув, щоб таким голосом хтось так волав. Ніколи! Цей жахливий крик, пронизав все настільки, що здалося все навкруги на мить завмерло. За кілька секунд голос стих, звуки бою відновилися. Побратим, що був поруч зі мною на варті, сумно сказав: мабуть, танк переїхав.

Ми ще довго вслухалися, вдивлялися у темряву.

В якийсь момент настала тиша. Нас змінили.

Разом зі своїми вирушив до передового штабу.

Тільки тепер, в штабі, хоч при мінімальному освітлені, зміг роздивитися обличчя змучених побратимів. Виснаження було неймовірне. Хтось перев’язувався, хтось приводив в порядок амуніцію, інші вбігали та вибігали з кімнати командування. Ще хтось нашвидкуруч перекушував, хтось дрімав, хтось перевдягав мокрий одяг, хоча холод був неймовірний. Ці мужні обличчя, ці палаючі очі, втомлені але незламні, це неймовірне видовище. Неймовірно виснажені, але готові в будь-який момент виступити в наступ. І я відчув, який щасливий, що перебуваю серед них, найкращих лицарів нашого Українського Народу, еліти Нації. Серед тих, хто не ниє, що щось там хтось не так робить і тому подібне. Банально немає на це часу.

Ми всі, кожен з нас, просто робить свою роботу. На межі своїх фізичних та психологічних можливостей, не зраджуючи своїм прагненням і цілям. Борючись за будь яких умов, заради України, заради очищення нашої землі від агресора, сепаратистів та терористів. Завдання єдине – Перемога, а решта – потім.

Хоча кожен з нас плекає надію, що ті, кого ми нині, ризикуючи своїм життям захищаємо, теж щось корисне роблять на вільній території: змінюють свою та держслужбовців свідомість, аби робити все для Держави та інших громадян, вчаться не давати та не брати хабарів, вчаться жити гідно без корупції. Усіма своїми діями сприяють та спонукають владу швидше проводити реформи, поліпшувати економіку та підвищувати рівень життя людей. Щонайменше, годину в день приділяють час, аби допомогти своєму війську. Допомагають виявляти проросійських провокаторів та диверсантів. І ще багато-багато чого іншого.

Ми, справді, надіємося та віримо.


Це був важкий Валентинів День – так, але особисто я дуже постарався не зіпсувати День народження своєму синові і тому це, водночас, один з найщасливіших моїх днів. Переконаний, що і кожен з моїх побратимів теж старався, якщо не для своєї родини, то ті, у кого її немає, – для всіх наших дітей. Я бачив цих Богів війни, Героїчних воїнів – патріотів України, дихав з ними одним повітрям і з тими, хто залишився живим, і з тими, хто віддав своє життя за краще українське майбутнє. Пишаюся цим щиро!

Моліться за своїх Воїнів, допомагайте їм частіше.

Слава Україні! Вічна Слава Героям!
PMEmail PosterWWW
Top
киянин
Отправлено: Мар 12 2015, 09:23
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25



Партизанський загін «Тіні» взяв на себе відповідальність за замах на Моторолу

Путінський бойовик отримав кулю в груди у центрі тимчасово окупованого російсько-терористичними військами Донецька.


четвер 12 березня, 2015, 06:57

Про таке написав у своєму Facebook лідер партизанського загону «Тіні» Олександр Гладкий.

Дослівно підпільник написав так: «Деякі деталі по ліквідації мотороли (так в тексті – Ред.). 10.03.15 о 18:20 на виході з будівлі банку в Донецьку по пр. Миру 8, одним пострілом з будівлі навпроти з третього поверху, моторола був поранений в груди, він був без бронежилета, його відразу оточили тому не було можливості зробити контрольний».

«Стріляли без оптики з дистанції понад 200 м. Інструмент (гвинтівка – Ред.) залишений на місці, все одно трофейний. Колишній власник гвинтівки з «Витязя» (загін спецпризначення ВВ РФ, зараз – частина 604-го Центру спецназ ВВ МВС РФ – Ред.), зі скрученою шиєю в каналізаційному колекторі, «відсафарив»«.

Як випливає з тексту, самі партизани не певні, чи операція завершилась знищенням, чи тільки пораненням «розкрученого» російською пропагандою терориста: «По основній цілі – чекаємо».

Напередодні у соцмережах в групах проросійського і проукраїнського спрямування жваво обговорювались чутки про загибель бандита «Мотороли», та навіть про вивезення його трупа до Росії, однак жодних переконливих фактів чи підтверджень з авторитетних джерел не наводилось.

http://zik.ua/ua/news/2015/03/12/partyzans...motorolu_571630
PMEmail PosterWWW
Top
киянин
Отправлено: Авг 10 2015, 08:17
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25



Відповіді від блоггера та учасника АТО Максима Колеснікова

Max Kolezznikov

Ответы на вопросы возмущённых товарищей с колорадскими лентами и сограждан с жовто-блакытными флагами о работе украинской артиллерии от артиллериста ВСУ.

Возмущённые товарищи с колорадскими лентами и просто товарищи «мызамир» пишут: «Вы бомбите мирные города Донбасса!»

Отвечаю:

«С тех пор, как гражданин России товарищ Гиркин захватил Славянск, мирные города на Донбассе кончились и начались боевые действия. Во время боевых действий в города, в которых есть подразделения противника, прилетает и прилетало. Так было и так будет».

Возмущённые товарищи продолжают:

«Вы попадаете в дома мирных жителей!»

Отвечаю:

«Наш противник, сиречь армия Российской Федерации и поддерживаемые ею местные коллаборационисты, избрал тактику обстрелов украинских войск из городской застройки. Довольно странно было бы ожидать от украинских военных стоического стремления погибнуть от обстрелов вместо попыток сохранить свою жизнь, подавив огонь врага. И, именно подавляя врага, украинские военные могут попасть в жилой дом, факт чего в каждом отдельном случае надо устанавливать. Мы же помним об «укропской ДРГ» на Боссе или уникальных залётах снарядов в дом с восточной стороны, когда позиции украинских войск на западе. Да и принципиальный наш подход в условиях арт-дуэлей – открывать огонь только по разведанным и подтверждённым целям, ведь, делая это, мы себя демаскируем, а с вашей стороны сидит уйма ушлых ребят, которые любят «мочить укропов».

Возмущённые:

«Вы уничтожили мой дом, иду в ополчение!»

Отвечаю:

«Я считаю, что при вашем попустительстве попытались уничтожить мою страну, но по итогу развалили вдребезги ваш собственный регион, город и дом. Местная власть, которую выбирали себе вы, не смогла выгнать тысячи «Градов» и Д-30 из вашего города. Более того, способствовала появлению крупных калибров у вас под окнами. Теперь выгонять их приходится мне, рискуя жизнью. А идти в «ополчение» – личное уголовное дело каждого, но писавшие мне «ополченцы» куда-то резко подевались сразу после попытки взять Марьинку».

Подключается группа сограждан с жовто-блакытными флагами. Они возмущаются:

«Нашей артиллерии не разрешают отвечать на огонь врага!»

Отвечаю:

«Это не так. Побывав в двух секторах, поработав с тремя бригадами, хочу вас успокоить – наша артиллерия всеми возможными и доступными силами отвечает на огонь противника, после получения соответствующих разведданных».

Сограждане наседают:

«Но всё же отвели по Минским соглашениям (тьфу на них)! Ничего нет!»

Отвечаю:

«Конечно, отвели! Честное благородное слово, отвели! Но отвечать есть из чего. А в крайних случаях (снова Марьинка) предупреждаем ОБСЕ и оперативно подводим ещё кое-что».

Сограждане продолжают:

«Но ведь каждый раз нужно запрашивать разрешение сектора, чтобы открыть огонь! А там генералы-пэдуарды не разрешают никогда!»

Отвечаю:

«Не наблюдал такого. За время работы в зоне видел, как несколько бригад открывали ответный огонь сразу после того, как по ним начинали работать сепары. Ни одного раза не видел, чтобы шёл запрос по этому поводу на штаб сектора. И ни разу не слышал, чтобы работавшему дивизиону или батарее отказали в подвозе боеприпасов, а ведь они куда-то деваются, сами подумайте. В армии же учёт и контроль пусть и не на высшем уровне автоматизации, но есть, и отстрелянный вагон или два снарядов высокое начальство обязательно заметит. И вопрос: куда это вы дели снаряды? – обязательно прозвучал бы, если бы высокое начальство было против ответного огня».

Сограждане удивляются:

«Ну, раз всё так, то почему ж вы до сих пор не обстреливаете Ростов??? Вам приказа не дают?»

Отвечаю:

«Конечно, не дают, и правильно делают! Износ стволов и техники у нас весьма ощутим, с огромным трудом и затратами идёт расконсервация техники, ведь годами всё более-менее в приличном состоянии уходило на экспорт, а кадры ремонтников особо не береглись. Мужики ездили на расконсервацию: кое-что удаётся, но многое – нет. С самоходками проблема, мало их в принципе, приходится использовать буксируемую арту. Да, она мощная и она есть, но только грузовиков не хватает 2000 (открытые данные, товарищи-особисты, открытые данные).

А у врага стволов и прочего, как грязи. И если мы пойдём в решительное наступление прямо сейчас, то потом его пушки, самоходы нам заменять будет особо нечем. Вы ж не хотите перехода экономики на полностью военные рельсы (тут одобрительно кивает бизнес)?

А у противника по сравнению с нами – неистощимый ресурс советских запасов плюс производственные мощности. Сам я на заводе, который пушки и самоходки выпускает, никогда не был, но это явно не самое простое в мире производство. А помимо пушек и самоходок нужны боеприпасы, оборудование и машины для артиллерийской разведки, устройства прицеливания, связи, обученные люди. А ведь мобилизоваться вприпрыжку спешат немногие. В общем, наша арта в обороне грозна, но распылить её в коротком броске на Восток было бы катастрофой».

PMEmail PosterWWW
Top
киянин
Отправлено: Окт 25 2015, 10:04
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25



Доброволец из Росси Никита (Одиссей)
Уже после боя мы выяснили, что именно подбили тогда. Оказалось, что вражеская колонна – это танки, которые съехали с трассы.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
По материалам:censor.net.ua
Читайте также:Колода на льду
Один вышел из строя, подорвавшись на наших минах, которые мы щедро раскидывали в районе Безымянного. Тогда они начали обходить нас по зеленке с пехотой. Там было 3 машины: 2 УРАЛа с людьми и один с топливом. В зеленке мы сожгли УРАЛ с пехотой, с топливным заправщиком и еще один, который они бросили, тоже был подбит. Позже на "ополченческих " форумах мы прочли, что погибло 28 человек - местные и сербы.

Год назад, в июле, я приехал из России. И через неделю уже был в Урзуфе на базе батальона "Азов". Почему я здесь, говорить можно долго, но если коротко, то у меня обостренное чувство справедливости: мои предки пострадали от большевиков по разным линиям. Одни были кулаками, другие - аристократами. Кто-то из них даже воевал против режима. Поэтому взаимоотношения с совком у меня очень непростые. Мою страну почти сто лет назад захватили враги и сегодня нынешний строй и режим - полностью необольшевистские. Когда начался Майдан, я не смог поехать, потому что был за границей, но я поддерживал это движение. Получал информацию от своих друзей-украинцев и адекватных друзей-россиян. Смотрел стримы с Майдана.

Я прекрасно понимал, кто такой наш президент, что он уничтожает своих людей ради политического пиара, как было со второй победоносной чеченской войной, которую он развязал, взорвав дома своих граждан. Он абсолютно узурпировал власть. И пока что в России нет реальной возможности бороться с этим: ты или под колпаком у ФСБ, или сидишь в тюрьме. Я пробыл за границей всю зиму. Но если уехал я из страны, где политические репрессии, где нет свободы слова, есть цензура, слежка, то вернулся в страну, где тотальный и полный п#здец.

Я летел украинскими авиалиниями и когда вышел из самолета, увидел, как 2 ряда электронных ворот шмонает ОМОН, а собаки обнюхивают на транспортере вещи. Три часа мы не могли выйти из аэропорта, и я в шутку подошел к милиционеру и спросил, что случилось, а он мне: "Как это ты не знаешь? Террористическая угроза - "Правый Сектор"".

С того момента каждый день все шло по накатанной - этот маховик раскручивался, и в глазах людей был страх и безумие. Я уже тогда был готов ехать в Украину, но у меня семья, и о них нужно было заботиться. Окончательно я принял решение, когда мои знакомые по военно-патриотическому клубу и действующие контрактники вооруженных сил уехали в Донецк. То есть это не просто ватники, которые поддались пропаганде, а это военные, которые с июня изображали на востоке Украины ополченцев. Я понял, что это прямое вторжение. Собрался и уехал в Киев. Родным сказал, что еще вернусь, но знал, что уже не вернусь, по крайней мере, в ту страну, в которую я прилетел на самолете.

У меня были знакомые в "ПС". Я приехал, пообщался с ними, но мне не очень понравилось, и я пошел в "Азов". На тот момент там уже были граждане России, а еще "Азов" воевал официально, что было важно для меня.

Я пришел в мобилизационный центр, где была своя служба безопасности, которая меня проверила, помимо СБУ. Но прошло это все достаточно быстро: помариновали неделю и я попал в разведвзвод, под командование одного русского с белорусским паспортом. Хотя, разведчик в нашем случае, - звучит очень громко. Побывав после первой настоящей ночной разведки в Иловайске за красной линией, я понял, что такое разведка и что этому, во-первых, люди долго учатся и, во-вторых, надо иметь яйца - это очень серьезно. Потому что сходить туда и обратно - это одно дело, а другое - сходить и выполнить какие-то поставленные задачи и вернуться живым, без потерь. Поэтому, если профессиональные войсковые разведчики работают головой, то мы работали сердцем, на интуиции своей и командиров, наверное, поэтому нас всех не перебили. Но помимо разведки, мы выполняли массу других функций: конвой, штурмовые и спасательные операции. У меня есть ощущение, что я, как в компьютерной игре, побывал на всех возможных позициях.

Первая моя яркая операция - это штурм Марьинки в прошлом году. Тогда наша группа выполняла функцию штурмовой, то есть мы заходили первыми. Отрабатывали целый день, и единственные потери у нас были из-за того, что парни подорвались на фугасе. Один из них был из Москвы с позывным Балаган - это первый погибший в "Азове".

У ополченцев тогда не было толкового вооружения, а тем, что было, они не умели пользоваться. Поэтому хаотичные обстрелы, без нормальной наводки были и вначале Иловайска. Наша колонна вышла оттуда, когда еще не было оперативного окружения. Командиры "Азова", вместе с командирами "Шахтерска" приняли решение выходить, когда поняли, что может возникнуть котел. Они уговаривали командиров других добровольческих батальонов уходить, но не уговорили. Мое мнение, что стратегически не было необходимости брать этот город. После того, как я сходил в разведку ночью за Иловайск, понял, что можно было просто обрезать Иловайск через Покровку и взять еще 2 дороги.

В районе 23-24-го числа, выйдя из-под Иловайска, мы вернулись на нашу базу; и буквально сразу начались ночные обстрелы в районе Мариуполя и нападения на блокопосты. Нашей задачей было искать диверсантов, а потом мы получили информацию, что есть вторжение в Новоазовск: там разнесли блокпост пограничников. Когда мы туда ехали, встречали по дороге военных с безумными глазами, которые возвращались и рассказывали нам про 200 единиц вражеской техники, то есть огромные силы противника. Но первое, что мы увидели на повороте в село Безыменное - это группу одесских пограничников, которые с одним пулеметом, несколькими РПК и парой гранатометов устраивали засаду на бронеколонну. Они стояли за рекой Грузский Еланчик. А по реке уже шли обстрелы. Эти ребята - настоящие сыны своей Родины. Они очень круто воевали, при том, что были одеты, как бомжи: вместо тактических очков у них были, например, строительные, для резки металла; не было формы, кто-то вообще был обут в туфли. Начиная с первого дня вторжения, то есть с 24 августа и по 5 сентября, они откалывали удивительные номера по обороне на новоазовском направлении: вывели из строя один танк противника и еще один сожгли. При этом остались незаслуженно обижены Родиной, потому что их командир, после отступления, сказал им, что они сцыкуны. А на самом деле - это очень смелые люди. И если в Украине существуют герои на этой войне, то это ребята как раз одни из этих героев. Действовали они очень дерзко, нагло и, относятся к числу тех защитников, благодаря которым сейчас Мариуполь - украинская территория.

Вместе с нами в тот сектор вышел разведвзвод "Днепра-1", который тоже, выйдя из Иловайска, сходу врубился в эту тему. Мы присоединились к одесским пограничникам и в общей сложности на месте нас оказалось чуть больше роты. Собрав в кучу общую информацию относительно сил противника, оказалось, что у них было 2 САУ, 2 БМП, 5-6 танков и всякие УРАЛы БТРы, то есть в районе 20 единиц техники, но никак не 200, и не 400. А паника среди наших военных возникла, потому что единственный танк, который был поблизости - стоял в Бердянске на холме и больше танков не было.

Все дружно мы решили, что ополченцы пойдут в Новоазовск, а там никого из военных не было. Предположили, что они должны пойти через мост, над рекой Еланчик. В итоге наш командир Боцман придумал заминировать газель на этом мосту. Мы поставили ее боком, накидали за нею мины и установили растяжку. Вскоре "Днепр-1", оставшийся там в "секрете", сообщил, что подорвалась какая-то вражеская машина.

Мы вместе с Вячелсавом Галвой, по прозвищу Кузьмич, лазили под мост, хотели его заминировать, но он сказал, что процесс это долгий, и мы просто не успеем, потому заминировали чуть дальше. После взрыва танка противники несколько дней высылали на то место дозоры. А мы заехали в Новоазовск двумя разведгруппами "Азова". В городе было чисто. Местные рассказали, что проезжала техника, что-то бабахало, но теперь тихо. Оказалось, что сепаратисты вышли и закрепились в селе Маркино, которое находится за Новоазовском. Кто-то из наших командиров предлагал вывести из мариупольского аэропорта ВСУ и закрепиться в этом направлении. Но им сказали, что сил нет, потому что у врага кругом стоят лютые полчища. Поэтому мы покрутились и выехали из Новоазовска, не имея поддержки артиллерии. А на Безыменном пограничники организовали линию обороны всего-навсего с двумя БРДМами, то есть опять-таки можно сказать, что в лаптях, против брони. Я поражен их смелости, ведь они понимали, что им хана, но хотели остановить противника здесь и сейчас. Они ходили в тыл противника, устраивали налеты, кое-где постреливали, создавая видимость, что нас здесь много.

Таким образом, на участке Новоазовск, Безымянное, Саханка своими отчаянными действиями мы все вместе понемногу тормозили вторжение противника. А те действовали очень осторожно и почему-то, не спеша.

Наш командир вместе с инструкторами, руководством, увидели территорию очень выгодную для обороны со стороны Новоазовска, на которой стоял Маяк. Этот холм находился за деревней Широкино и выходил полумесяцем в море. Там расположился наш "Азов" и пограничники, а "Днепр-1" к тому времени выполнил свою функцию и оттуда вышел. Днепровцы - отчаянные и горячие ребята, которые тоже сыграли в удержании противника на том отрезке немалую роль. Для того, чтоб мы могли окопаться на Маяке, тогдашний губернатор Мариуполя Тарута дал технику и очень прочные стальные плиты. Приехали рабочие с местного завода и начали делать очень крутые блиндажи, они до сих пор там стоят. Они действительно оказались патриотически настроенными людьми и работали даже тогда, когда начался обстрел. Вообще ополчение мы удерживали только каким-то своим общим безумием, иначе это не назовешь.

4 сентября оборона позиций состояла из нашего разведвзвода - это 30 человек, группы Андрея Билецкого - это где-то еще 15 человек и 15 одесских пограничников.

Еще был взвод группы Корчинского под командованием Атиллы - это очень классные парни, которые рубились до последнего и взяли себе самые тяжелые полуукрепленные окопы. А когда начался мощный обстрел, не хотели отступать.

В руководстве обороной принимали участие Андрей Белецкий и Игорь Княжанский, позывной Душман, - сейчас он командир бронетанкового батальона в "Азове". А непосредственное оперативное командование осуществлял наш командир Сергей Коротких, позывной Боцман.

Из Мариупольского аэропорта нам передали минометный расчет, ПТУР, который сразу сгорел от прямого попадания, БТР-3, без приборов ночного виденья и без ПТУРов, с пушкой 30 мм, и ЗУ с экипажем, которые оказались кинологами. Они сбежали, а их командир сказал, что ему стыдно за своих, но он останется с нами. Показал нашим ребятам, Штриху и Вите, как пользоваться ЗУшкой - провел в посадках краткий курс. Мы привезли из аэропорта много мин, хотя никто толком не умел минировать, но Кузьмич научил нас буквально за сутки различным способам минирования, и мы были с ним на его последнем боевом выходе, во время которого он погиб. Относительно его гибели, я считаю, что Украина потеряла величайшего специалиста. Еще у нас был Утес и АГС, который мы не использовали, потому что не было цели. У Атиллы был БРДМ, в который позже тоже попала мина.

4 сентября я дежурил на колокольне, над церковью. Это была одна из передовых наблюдательных позиций, и увидел, как по деревне Широкино прокатились снаряды по 5-6 штук сразу. После Иловайска, где сепары стреляли куда попало, здесь чувствовалась школа, и было видно, что стреляли военные. То есть они четко покрывали 50-100 квадратных метров. После 3-го залпа мы приняли решение переместиться в окопы.

Когда определили, откуда идет стрельба, в бой включился миномет. Но после 3-го выстрела он заклинил, поэтому мы оказались без миномета. Но противники испугались, не ожидали, что у нас есть чем крыть. По звуку было слышно, что они начали переставлять технику - на какой-то момент возникло затишье. А потом опять пошла жара - утюжили сильно. По ощущениям - это был самый жесткий обстрел, под который я попадал. Когда я посмотрел на позиции своих товарищей, которые сидели в бункерах - их не было видно из-за столба пыли, я решил, что им хана. Но, когда сделали перекличку, оказалось, что есть раненые, но все целы.

Затем противники начали обходить нас танками по флангу, через Саханку - и потом по кругу. Боцман сказал, что откуда-то нас корректируют и стреляют с другой стороны и дал приказ стрелять короткими из ЗУшки во второй ряд зеленки. Когда ребята начали лупить, я смотрел в бинокль. Откорректировал, потому что поначалу снаряды пошли немного вниз. Но потом парни закрепили стволы и начали четко стрелять в зеленку. После того, как оттуда пошел дым, было ясно, что что-то подбили, и Боцман сказал, что надо отрабатывать теперь по сторонам. Включился "Утес", а ЗУшка отстреляла весь боекмоплект, после чего снова пошел дым.

Уже после боя мы выяснили, что именно подбили тогда. Оказалось, что вражеская колонна - это танки, которые съехали с трассы. Один вышел из строя подорвавшись на наших минах, которые мы щедро раскидывали в районе Безымянного. Тогда они начали обходить нас по зеленке с пехотой. Там было 3 машины: 2 УРАЛа с людьми и один с топливом. Мы попали во все эти машины. Позже на "ополченческих" форумах мы нашли информацию, что погибло 28 человек - почти все местные плюс сербские добровольцы.

На этом их наступление остановилось, то есть техника больше не продвигалась, но они начали нас плотно утюжить. Нам позвонили из "сектора М", сказали, что скоро приедут "грады" в подмогу. Меня сняли с передовой позиции и отправили в штаб, который был в школьной столовой. Я вылез на крышу, откуда должен был корректировать огонь артиллерии. 40 минут я бегал по ней, уворачиваясь от осколков снарядов. Это чем-то напоминало игру в теннис, только от мячика надо было прятаться, а не ловить. Был момент, когда я почувствовал леденящий ужас, увидев со своей позиции во что превратился парк, где мы стояли. Там все было перепахано, деревья переломаны, а от БРДМа ничего не осталось. Вообще, пока я находился на крыше, мне пришлось перешагнуть через себя и принять, что либо я здесь умру, либо нет, но от меня сейчас ничего не зависит. Потом мы начали снимать с крыши наше наблюдательное оборудование - я спускал гранатометы. Минут 40 мы ждали обещанную артиллерию, но ее не было. А противники перевели огонь с Маяка на другую часть дороги, туда, где находилась группа Атиллы и взвод второй сотни "Азова".

Когда Боцман дал команду на эвакуацию, по нам опять пошел вражеский огонь, видимо они слушали нашу рацию. Я сел в "Ниву" и вел ее, как Бог, несмотря на то, что имел опыт вождения только с автоматом, а не с механикой.

Выходили все под обстрелом и выехали каким-то чудом. Парни на БТР-З - молодцы, они вернулись на свои позиции, чтоб забрать раненых. А когда выяснилось, что мы там тоже оставили 5-6 человек - вернулись и мы. Боцман развернул свою "Тундру", а мы с Душманом "Ниву" - и поехали забирать ребят. И когда, собравшись на 14-ом блокпосту, всех начали грузить в скорую и делать перекличку, оказалось, что все целы.

ЗУшку мы заминировали и взорвали, потому что не могли ее вытащить оттуда. Вообще мы пытались забрать всю технику, чтоб ничего не осталось врагам, но не на чем было ее увозить. Миномет тоже взорвали - это 600 кг веса, еще и с миной внутри. Потеряли, конечно, много машин, много волонтерских джипов, но зато вытащили всех людей. Минометчики благодарили, что мы их не бросили, а их командир позвонил и первым делом спросил, где миномет. Этих ребят чуть ли не под трибунал хотели отправлять, но вмешались наши руководители и сказали: "Вы че, охренели? Вы были там, знаете, что там творилось?" А машину с боеприпасами удалось вывезти одному бойцу, родом из Крыма.

никита

Как итог, если бы мы остались в Иловайске, то вражеские планы по вторжению в мариупольском направлении могли бы свершиться. То есть мы на какое-то время задержали наступление противника. И даже если бы нам это не удалось, и нас бы всех перебили, их бы все равно задержали наши вначале Мариуполя. Там стоял резерв.

Мы сыграли свою роль, а на следующий день, 5 сентября, ВСУ дали им бой в районе Широкино и Коминтерново. Из 14 танков ВСУ потеряли 9. Я не участвовал в этом бою. Но то, что в целом происходило там в эти дни, можно назвать преимуществом духа над техникой. Ржавая украинская армия смогла противостоять россиянам, которые имели значительное преимущество в вооружении и тактике.

До конца декабря я участвовал периодически в боестолкновениях, а потом занялся работой в тылу. Затем уехал в Киев и начал решать вопросы с гражданством. И, учитывая, что это долгая процедура, сейчас периодически мы ездим на восток. Я передаю свой опыт, полученный на войне, новеньким. Мне, конечно, очень далеко до Кузьмича, но для людей, которые не держали никогда в руках оружие, мне есть, что рассказать. Потому что я, как человек из военной семьи, понимаю, что нынешние уставы совершенно не пригодны.

Я думаю, что раз уж остался жив, значит моя миссия здесь не закончена. А основная моя цель - Россия. Я сомневаюсь, что мне дадут украинское гражданство и думаю, что нас по-тихому попытаются выдать в Россию и Белоруссию. Просто есть силы, которые в нас совершенно не заинтересованы. Но президент публично обещал, что даст нам гражданство - посмотрим.

Для украинских патриотов - украинское государство - это их цель деятельности. А для нас, для русских, - это ступень к цели. Наши цели стоят дальше, потому что украинская державность и становление государства, экономический успех и все остальное - это начало конца режима в России. И вообще я воспринимаю эту войну не как войну России и Украины, а войну цивилизаций. Это война "совков" и людей, которые выбрали, я не скажу, что европейский путь, потому что европейский путь - это принимать у себя кучу эмигрантов и беженцев, но путь развития и свободы.

Я считаю, что в Украине восстал коллективный Спартак, как в Римской империи. И мы тоже, как рабы, которые не потеряли чувство собственного достоинства и какой-то разум, сбросили с себя ошейники и пришли сюда, чтоб бороться с режимом там. Как говорил наш командир: "Мы воюем с путинским телевизором". А лично я сражаюсь для того, чтоб выдернуть русских людей из этой совковой матрицы. И буду сражаться с ними, пока они будут эту матрицу защищать.

Было бы неплохо, если бы политика в отношении русских и белорусских добровольцев изменилась, потому что мы заинтересованы и идеологически мотивированы тем, чтоб в Украину не было вторжений. Мы понимаем, что даже если сейчас Украина опять обретет свою территориальную целостность, даже вместе с Крымом, то этот "спрут", который на нее напал, просто отползет зализывать раны. Пока в России есть верхушка, которая разжигает имперский шовинизм у россиян - вот этот жуткий совок, Украина никогда не будет жить в безопасности, значит, не будем жить в безопасности и мы - подлинные оппозиционеры нынешней российской власти.
m.censor.net.ua/resonance/355273/ dobrovolets_iz_rossii_nikita_o
disseyi_v_ukraine_vosstal_koll
ektivnyyi_spartak_a_my_prishli
_voevat_za
PMEmail PosterWWW
Top
киянин
Отправлено: Окт 25 2015, 14:50
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25



19.10.15 15:30
ГРАНАТОМЕТЧИК ВЯЧЕСЛАВ ЗАЙЦЕВ: "ДУМАЮ, ЧТО НАГРАДУ Я ПОЛУЧИЛ ЗА ТО, ЧТО РАНЕНЫМ РЕШИЛ ОСТАТЬСЯ В АЭРОПОРТУ. НО Я НЕ МОГ ИНАЧЕ – ЗАДАНИЕ НАДО ВЫПОЛНЯТЬ ДО КОНЦА"
Потери – это то, что останется самым тяжелым из воспоминаний. Однажды в окопах, когда были на передке, погиб парень, Андрей. Тело не могли забрать у нас днем, потому что сепары сильно сыпали по нашим позициям. Его телефон звонил целый день. Мы посмотрели, а это мама. Ты стоишь в окопе – слякоть, грязь, холод, кроют "грады", но ты жив, а чей-то сын погиб - вот такое запоминается больше всего.
Зимой и весной 2015 года Цензор.НЕТ часто размещал видеоролики о том, как воюют наши ребята в донецком аэропорту. Документировал эти, теперь исторические, моменты боец 79-ой бригады Вячеслав Зайцев, который дважды был в ДАПе, прошел "южный котел" летом 2014 года и был участником боев под Дебальцево.

зайцев

Я всегда был активистом проукраинских организаций, отметился еще на Помаранчевой революции. Я - ученый, историк, археолог. На данный момент заведующий отделом Научной библиотеки и архива на острове Хортица. Пишу научные статьи, участвую в конференциях, провожу огромное количество экскурсий. В 2013 году провел 391 экскурсию - своего рода чемпион. Родился я в городе Энергодаре, это Запорожская область.

Конечно, я был на Майдане, а первого марта побежал в военкомат. Меня должны были взять то в одну часть, то во вторую - и в конце концов я попал в 79-ую бригаду. Решил идти к десантникам, потому что когда-то служил срочную службу в десантных войсках, то есть что-то знаю и могу делать по этой части.

В средине мая 14-го года мы отправились на Донбасс. Сперва я был помощником, но после "южного котла" ( Изваринский котёл" "Сектор Д" - один из эпизодов вооружённого конфликта на востоке Украины, - ред) у нас очень многие ребята пошли в отказ и меня повысили до гранатометчика аэромобильной десантной роты. Сначала мы чистили Красный Лиман - это пригород Славянска. Первый бой был 3 июня, и в памяти он остался у меня, как самый яркий. Тогда наша колонна попала в засаду, отнюдь не серьезную, как мы поняли потом. После перестрелки у нас был один погибший и раненые. Но запомнился этот бой, потому что ребята рубились вовсю. Стояла очень громкая стрелкотня, а гильзы попадали за шиворот. Был какой-то невероятный адреналин и порыв - и это невозможно забыть.

Потом мы выдвинулись на границу, и, начиная от Амвросиевки вдоль Саур-Могилы, подымались вверх вплоть до Изварино, Бирюково. У меня оттуда сохранилось куча видеороликов, я все время документировал то, что происходило.

4 июля под Изварино по нам бил первый "град", это била уже русская артиллерия, судя по переговорам, которые мы прослушивали. До этого были минометные обстрелы, но они по сравнению с "градом" - почти безобидные. Это был недолет, когда мы как раз окапывались на высотке. Все резко набились в БТРы, а потом выкопали под машиной траншею прямо в сланцевой скале, потому что думали, что БТР могло прошить - жить-то хотелось. И вот этот первый "град" тоже прочно засел в памяти, несмотря на то, что потом их было множество.

Когда мы отошли от Изварино, стояли под Дьяково, по нам били прямой наводкой танки, и я наблюдал это лично. Именно потому, что по нам велся постоянный огонь, пришлось покинуть "южный котел" и благодаря нашему командиру роты, майору Зеленскому, мы довольно таки удачно оттуда вышли.

Наша рота единственная из первой батальонно-тактической группы опоздала под это проклятое Зеленополье, а первая, третья и прочие части 11 июля там попали в ловушку и понесли огромные потери. Тактика была неверной, ребят напихали там, как селедку в бочке, а надо было разбросать по зеленкам и обязательно все должны были окопаться. Мы, благодаря опять-таки нашему ротному, всегда окапывались.

Поскольку наша техника требовала ремонта, мы получили небольшой отпуск и выдвинулись в Николаев, но через 10 дней срочно вернулись назад. Тогда как раз произошла катастрофа под Иловайском, но нас бросили в Мариуполь. Там мы пошумели на оккупированной территории, постреляли вражескую колесную технику - это был довольно неплохой рейд.

В сентябре, во время перемирия, вернулись тренироваться в Краматорск, а в конце месяца наш батальон зашел в Пески. Сначала третья рота - и это был очень неудачный момент. Тогда под командованием лейтенанта Тыщика 2 БТРа вышли на российский танк в аэропорту - и погибло двое ребят из моего призыва: Саня Пивоваров и Деня Белый. Деня, кстати, уже летом получил орден за мужество, служил в Крыму, он из тех 30%, которые не предали свою страну. Эти ребята сгорели в БТРах. Тяжело вспоминать такое, но один из солдат, который присутствовал при этом, показал мне ожог на запястье и сказал: "Знаешь откуда ожог? Я ребят пытался вытаскивать из машин, а они хватались за меня горячими руками".

В октябре мы зашли сразу после третьей роты в старый терминал. Это было тяжелое время: разбирая завалы, нашли троих полностью обгоревших ребят среди кирпичей. С нами был ПС, и все вместе мы держали круговую оборону. Правосеки - очень хорошие и отчаянные парни, но иногда они не знали некоторых простых армейских вещей, как перебирать автомат, например. Мы научили их этому, я же научил стрелять из гранатомета и многим другим вещам.

Второй этаж терминала был моей точкой, на которой мы с ребятами удачно гасили сепарские пулеметные гнезда гранатометом, после чего больше там никто из них не гавкал, но зато по нам целились танки. Лестницу между этажами я называл "лестницей здоровья", потому что по ней надо было очень быстро пробегать в бронике и каске, имея немалые шансы быть подстреленным. Этаж мы держали до тех пор, пока нас не выжил оттуда пожар. Была пробита крыша и битум сполз вниз. В этой свалке почему-то оказалось большое количество БК, гранаты, ПТУРы, захороненные еще от предыдущих ребят. В какой-то момент мы оказались отрезанными от своих. С одной стороны был - огонь, с другой - сепары. Если бы ветер дул в другую сторону, мы могли бы задохнуться, но нам повезло; и хотя ночь была ужасная, с ситуацией мы справились.

Со стороны противника было полно кадыровцев, по их поведению было видно, что с ними что-то не так, потому что воевали неадекватно: выставляли головы, шатались. То есть было ощущение, что они находились под действием каких-то психотропных препаратов, а проще говоря - наркоты.

В аэропорту я получил первое ранение, от танкового обстрела. И повезло, что до этого успел отъесться после голодухи в "южном котле". Летом нам негде было достать еды и мы ходили на озера, бросали гранаты, чтоб поесть юшки из карасей, от которой потом начиналась диарея. Однажды ночью заметили кабанов, но их не удалось подстрелить. Ночных прицелов у нас не было, тогда кто-то предложил накрыть стадо АГСом. Но я сказал, что стану вперед гранатомета, потому что так поступать со зверем нельзя. В общем, кабанов спасло то, что на следующий день мы нашли машину пограничников, забитую консервами 80-х годов. А меня, если вернуться к ранению, спас мой вес. Потому что, если бы я был тощий, то осколок пробил бы брюшную стенку, а так он у меня до сих пор в теле сидит. Хирурги говорят, что если начнет мешать, тогда будут резать, а пока можно с ним жить.

Несмотря на ранение, я решил остаться в аэропорту, потому что был одним из квалифицированных гранатометчиков. Медики укололи антибиотики, залепили пластырем рану и я продержался там до конца, до тех пор, пока мы не передали пост разведроте 79-й бригады, под руководством Маршала.

зайцев

Мы пробыли в терминале порядка 10 дней. Уже в марте, возможно, из-за того, что я остался тогда, мне дали орден "За мужество" III степени. В целом из нашей роты дали медали четверым живым и четверым погибшим.

В середине октября я получил небольшой отпуск по ранению. Поехал домой, отдохнул, приехал из отпуска в Краматорск - и мы сразу же снова выехали в аэропорт. В этот раз это был новый терминал, тогда у нас уже были более серьезные потери. Погиб один майор - замполит из управления бригады. Всего в роте было 5 двухсотых и множество раненых. Я был в новом терминале и так же работал против пулевых гнезд противника. Несколько раз пытался попасть по колесной технике, но они были далеко, и я бил уже с навесом за пределами прицельной дальности гранатомета. То есть, когда расстояние 700 - 800 метров, здесь как повезет - попадешь не попадешь. Мне удалось погасить расчет АГС-17 возле так называемых "близнецов". То есть в новом терминале я работал еще эффективнее. Спасибо киевским ребятам за тактические наушники, иначе, если посчитать количество боевых выстрелов, я бы оглох. 7-8 выстрелов в день без наушников считается легкой контузией.

Мы пережили новый терминал, и в конце ноября батальон полностью выехал в Запорожскую область, Куйбышевский район - это тоже считается зоной АТО, но мы были в оперативном резерве. В январе мы должны были выехать в Николаев для доукомплектации бригады, боевого слаживания и ремонта техники. Но первый батальон - это "пожарная команда". Через три дня по приезде в Николаев, нас снова всех выдернули назад, но не в сам аэропорт, а под него. Тогда происходила сдача терминала, и мы были под взлеткой, в посадках. А наши передовые группы там периодически дежурили и корректировали огонь. Мы проводили разведку и были глазами нашего комбата Майка.

В феврале нас срочно вызвали в Дебальцево. И мой последний бой прошел 12 февраля в поселке Логвиново. Мы штурмовали его с северо-запада. Тогда с нами была 30, и 95ая бригады. Мы, десантники, заходили с одной стороны, а они, то есть более громкие ребята, с другой. И зашли мы тогда довольно таки удачно. Хорошо отработали наши ЗУшки. Они прекрасно стреляли непосредственно по живой силе противника, по их технике. Когда все дружно мы штурманули Логвиново, стали охранять ту сторону, где могли пойти русские. И своими глазами наблюдали их технику - целую ротно-тактическую группу, а это и танки, и БМП, и колесная техника, то есть усиленная расширенная рота. Накапливались они в посадках. Мы множество раз заказывали арту, она ударила один раз, но зеркально, не в ту сторону. Видать, перепутали координаты. Заказывали повторно, но больше поддержки арты не было. На наши БТРы вышли Т-64танки, как мы потом узнали, это были буряты, - и мы вынуждены были отступить, иначе бы сгорели. И только когда отошли от Логвиново, я понял, что получил ранение. Это случилось еще с утра, я хромал и думал, что это ушиб. А, когда вышли, рана разболелась. Меня эвакуировали в Артемовск, потом Харьков и уже там, в госпиталях, вытянули осколок, а затем демобилизовали.

Я не могу сказать, что во мне что-то изменилось за то время, пока я был на фронте. Мне 35 лет, я сформировавшаяся личность. Может быть, стал просто более резок и могу сказать некоторым товарищам в лицо то, что я о них думаю, но не более того. Сплю я прекрасно.

Но потери - это то, что останется самым тяжелым из воспоминаний. Однажды в окопах, когда были на передке, погиб парень, Андрей. Тело не могли забрать у нас днем, потому что сепары сильно сыпали по нашим позициям. Его телефон звонил целый день. Мы посмотрели, а это мама. Ты стоишь в окопе - слякоть, грязь, холод, кроют "грады", но ты жив, а чей-то сын погиб - вот такое запоминается больше всего.

Правда, не только тяжелые, а и трогательные истории заседают в памяти. Второго февраля мой друг Леша выполнял поручение комбата, и в джипе они с ребятами наехали на фугас. Ему оторвало обе ноги. Это молодой парень, экономист с хорошей работой, который захотел заключить контракт, потому что он - патриот. Я думал, что все - теперь он может опуститься до дна и просить милостыню на перекрестке, но Леша - молодчина. Ему поставили хорошие протезы, а в сентябре этого года он женился.

Но многие солдаты возвращаются домой - и не каждый имеет силы самостоятельно решать свои проблемы. И для того, чтоб помочь тем, кто вернулся с фронта решить разные вопросы, сейчас я глава Областного совета ветеранов АТО, кроме этого у меня есть еще своя общественная организация. Мы занимаемся не только вопросами солдат, но и семьями погибших ребят.

Война, конечно, достала уже каждого, но так хочется, чтоб это тяжелейшее испытание, страшное для Украины, не прошло даром. Чтоб мы смогли, благодаря этой войне стать лучше. Чтоб мы стали сильнее и жили, не забывая о том, что многие за наше "хорошо" отдали свою жизнь. И я говорю не только о нас, солдатах, которые имели оружие в руках, но и о ребятах, из небесной сотни, которые шли с палками и битами. Шли на автоматическое оружие ради какой-то своей мечты об Украине, что их потомки будут жить лучше в этой стране. Это тоже моя мечта, и я делаю все, что от меня зависит, чтоб она осуществилась.m.censor.net.ua/resonance/356606/ granatometchik_vyacheslav_zayi
tsev_dumayu_chto_nagradu_ya_po
luchil_za_to_chto_ranenym_resh
il_ostatsya
PMEmail PosterWWW
Top
киянин
Отправлено: Окт 25 2015, 14:54
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25



26.09.15 10:41
СТАРШИЙ ЛЕЙТЕНАНТ АЛЕКСАНДР КОНСТАНТИНОВ: "1 ФЕВРАЛЯ В РЕДКОДУБЕ МОЙ ЭКИПАЖ УНИЧТОЖИЛ 2 РОССИЙСКИХ Т-64"
Старший лейтенант Александр Константинов - командир танковой роты 17-ой танковой бригады. 1 февраля в бою в селе Редкодуб во время дебальцевского сражения его танк совместно с бойцами 25-го мотопехотного батальона "Киевская Русь" уничтожил два танка российских наемников из состава 7-ой мотострелковой бригады. Наградные за этот бой до сих пор не выплачены, а воины не награждены, хотя в интернете есть фотографии уничтоженных танков, а сам противник признал эти потери.
Какой была обстановка в Редкодубе и при каких обстоятельствах были уничтожены танки противника - "Цензор.НЕТ" рассказал сам Константинов.

константинов редкодуб

Александр Константинов, старший лейтенант, командир танковой роты 17-й танковой бригады. В бою у Редкодуба 1 февраля его экипаж уничтожил два танка противника.


"В Редкодуб я прибыл в конце января. Там находился опорный пункт "Станислав". Командиром опорного пункта был Максим - фамилии, увы, я не знаю. На опорном пункте числилось шесть наших танков. Однако, два из них были подбиты ранее. А из оставшихся четырех, исправным был только один. Другие двигаться не могли - надо было ремонтировать двигатели и аккумуляторы, но танки никто не ремонтировал. Мою роту рассредоточили по разным опорным пунктам, и на "Станиславе" были танки и танкисты еще из одного подразделения.

В бой 1 февраля я пошел на одном своем танке - на единственной исправной машине. Механиком-водителем был Вячеслав Парахин. А вот имени наводчика я не знаю - он пошел в бой едва прибыв на фронт, а сразу после боя его ранило, его сразу же эвакуировали, и потому его имя я не запомнил.

константинов редкодуб

4215 и 4214 - это номера уничтоженных под Редкодубом танков Т-64 российских наемников из 7 мотострелковой бригады, которые присвоили этой технике на российском сайте Lostarmour.info. Эти танки 1 февраля были уничтожены совместно экипажем Константинова и украинской пехотой на опорном пункте. Также на заднем плане разбитая российская МТЛБ - она была подбита в другой день


Примерно в 12 часов появился кочующий танк противника, который открыл по нам огонь. Причем они старались накрыть мой танк - ближайший разрыв был в 10 метрах. Мы сразу сменили позицию и спрятались за подбитый ранее наш танк. Оттуда я осмотрелся и увидел, как из-за горба выехал Т-64 противника и вел огонь примерно с дистанции в 1 тысячу метров. Максим начал корректировать огонь по танку. Танк бил по нашим позициям.

Я дал команду, и мы выскочили из укрытия. Первый снаряд - промах. Но второй точно поражает цель. Взрыв - и танк горит, детонация.

Затем появился второй танк. Он также действовал очень самоуверенно. Он шел на более близкой дистанции, возможно, хотел эвакуировать экипаж первого уничтоженного танка. Пехота открыла огонь, и танк был поражен выстрелом СПГ. Он остановился недалеко от первого танка, но остался целым. Мы воспользовались этой возможностью и точно поразили и второй танк. Там было все то же самое - пожар, взрыв.

техника редкодуб
техника редкодуб
К сожалению, вражеские танки попали в одно из укрытий и были ранены танкисты, у которых не было исправных танков.

После этого боя противник больше не пытался атаковать так демонстративно. Но обстрелы продолжались. А через несколько дней подразделения российских наемников просочились в наш тыл и заняли само село Редкодуб. Наш опорный пункт оказался в окружении. Сплошной линии фронта не было, крупными силами мы не располагали, поэтому противник сумел это сделать.

Мы оказались отрезаны. Резервы не приходили. И чтобы выбраться оттуда, нам пришлось пробить дорогу самим. Чтобы пробить дорогу, надо было зачистить Редкодуб.

6 февраля мы пошли в атаку.

Наводчика не было, поэтому я занял место наводчика. А мое место командира занял мой друг - заместитель командира роты по работе с личным составом, старший лейтенант Алексей Вакульчак.

вакульчак

Алексей Вакульчак, старший лейтенант 17-й танковой бригады. 44 года. Пал смертью храбрых в бою за село Редкодуб. Пробил дорогу нашим окруженным подразделениям на опорном пункте "Станислав".


Мы шли впереди пехоты и били по домам, где укрывался противник. Пехота шла за нами. Вскоре дорога была разблокирована, и большая часть Редкодуба была освобождена.

Но в этот момент наш танк поразила ракета. Раздался взрыв. Алексей был на моем месте - и именно туда пришлось попадание ракеты....

Я выносил его тело из танка... Я тоже получил серьезное ранение. Мы пробили дорогу. Первыми по этой дороге повезли меня и тело моего друга Алексея. Когда я вспоминаю Вакульчака, у меня и сейчас слезы на глазах появляются. Это был великолепный человек, отличный офицер, который делал все возможное, чтобы уделять внимание каждому солдату. И он без страха шел в бой...".
m.censor.net.ua/resonance/353451/ starshiyi_leyitenant_aleksandr
_konstantinov_1_fevralya_v_red
kodube_moyi_ekipaj_unichtojil_
2_rossiyiskih
PMEmail PosterWWW
Top
киянин
Отправлено: Окт 25 2015, 15:12
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25



30.09.15 10:30
ГОД НАЗАД. ОТРАЖЕНИЕ ШТУРМА РОССИЙСКИХ НАЕМНИКОВ ЗАЩИТНИКАМИ АЭРОПОРТА 28 СЕНТЯБРЯ 2014-ГО. 11 УКРАИНСКИХ ГЕРОЕВ ПОГИБЛИ В БОЮ
При отражении атаки российских наемников на Донецкий аэропорт пали смертью храбрых командир роты 93-ей бригады Сергей Колодий, командир взвода 79-й бригады лейтенант Алексей Тыщик, и восемь его десантников и танкист 17-ой танковой бригады. Четверо десатников, которые были во вспыхнувшем БТРе, до сих пор числятся пропавшими без вести... А мы напишем о тех героях 28-го сентября, чья гибель в бою установлена официально.
28 сентября 2014 года. Это был один из самых тяжелых дней обороны ДАПа. Под командованием полковника 3-го полка спецназа Александра Т. (Редута) в зданиях нового и старого терминалов оборонялся небольшой сводный отряд воинов 3-го полка спецназа, роты 93-ей механизированной бригады и "Правого сектора". Огневую поддержку, доставку снабжения, без которого оборона была невозможна, обеспечивала 4-ая батальонно-тактическая группа 93-ей бригады под командованием майора Евгения Межевикина (Адама). Противник продолжал атаки, несмотря на потери, - благодаря численному превосходству за три недели ожесточенных боев российские наемники смогли занять многие административные здания в аэропорту. Украинская оборона сжималась, но без боя ни одной позиции не оставляли. Чтобы оборонять аэропорт в таких условиях были необходимы куда более крупные силы и было необходимо взять под контроль фланги - поселок Спартак и пригороды Донецка. Таких сил не было. И защитники аэропорта с самого начала сражались в невыгодной тактической обстановке. Донецкий аэропорт держали благодаря мастерству и мужеству горстки воинов.

Противник не только штурмовал здания, но и пытался отрезать аэропорт от села Пески. В результате Минского "перемирия" украинским войскам было запрещено проведение активных наступательных действий в районе Донецка. Поэтому противник сумел занять выгодные позиции для наблюдения и обстрела, не опасаясь контратак.

Бои кипели каждый день, без передышки. Подкрепления были невелики, многие отказывались ехать в терминал, потому что риск был очень велик.

Проводка машин в терминал или из терминала стали боевыми операциями, каждая машина находилась под обстрелом. Противник хорошо просматривал подступы к Пескам. Если бы подкрепление не пришло, то оборона ДАПа не продлилась бы долго - нехватка подготовленных и мотивированных бойцов была основной проблемой.

28 сентября военное командование смогло наконец обеспечить долгожданную замену. В аэропорт были направлены подразделения 79-ой аэромобильной и 93-ей механизированной бригад. Непосредственно в аэропорт заходило сводное подразделение бригады. Если бы этот резерв не был направлен - то оборона не смогла бы продлиться долго.

Российское командование сделало все возможное, чтобы сорвать прибытие десантников. Противник нас опередил - десантники еще не успели прийти на помощь, как утром противник крупными силами при поддержке танков атаковал позицию "Бокс" - терминал С аэропорта.
"Бокс" позволял контролировать территорию между новым и старым терминалом - этот тот самый дом, с которого потом негодяй Пореченков стрелял по украинским воинам перед телекамерами.

Около 20 наших бойцов в терминале С были отрезаны противником, и долго им было не продержаться. Стало ясно, что противник ударом с разных сторон решил захватить терминал - центр обороны. Окруженных надо было срочно спасать. Нужна была контратака и свежие силы, которые пошли бы в это пекло.

По нашим позициям в течение всего дня постоянно били артиллерия и минометы. Было очевидно, что враг собирается штурмовать и захватить два основных здания под нашим контролем - новый и старый терминалы. Очевидно, что противник хотел взять новый терминал до подхода резервов.

Рассказывает лейтенант Кирилл Недря, заместитель капитана Колодия по работе с личным составом 5-ой роты 93-ей механизированной бригады, позывной Доцент:

"Все дни боевики долбили со стороны склада ГСМ - это произошло после того, как мы были вынуждены оставить опорный пункт "Енот". Выкатывались танки и били по терминалу С - опорный пункт "Бокс". 28 сентября с самого утра начались попытки штурмовать с разных направлений всю линию обороны. До этого перед терминалом С еще была позиция "Правого сектора", в одном из зданий впереди. Но накануне 27-го ее также пришлось оставить - танки расстреливали их в упор. Противник перехватывал нашу связь и на нашей волне рассказывал, что помощи ждать нет смысла, сдавайтесь и т.д... Ощущалось 28-го, что штурм очень основательный. Кольцо зажималось. У пацанов начались вполне понятные вопросы. Ко мне прибежал один парень, кричит - "Слышишь, слышишь!" - а рация предлагает сдаться. Я ему ответил: "Если ты знаешь, что ты человека можешь наказать, ты с ним будешь о чем-то говорить и договариваться?" Он: "Нет". И мы уже вместе начали тогда командиру боевиков "Абхазу" по радиосвязи рассказывать что мы о нем думаем. Тут пошла команда - "Танки "Бокс" атакуют!" Оттуда ребята доложили, что пехота за танками идет. От "Редута" пошла команда Колодию: "Рубеж", бери "бэху" и отсекать пехоту, а танк по танкам работать будет". Серега или не слышал, или не по рации не было ответа, не знаю... Тогда "Редут" на меня" - "Доцент", найди где "Рубеж" - ему на выезд!". Я нашел Сергея в его комнате. Он сказал: "Слышу, иду". Он в "бэху" сел на место механика, Гудаченко Александр был наводчиком, а фельдшер Прудич Сергей сел на место командира. И "бэха" ушла. Я тогда стоял на посту "Броня", на выходе с нового терминала в сторону старого. "Бэха" пошла по прямой, по взлетке... Потом начала заднюю давать. От ангара, что за старым терминалом, вышел Т-72. БМП вела бой до конца - отстреливалась сначала из 30 мм пушки, а потом из пулемета. И вот они уже почти вернулись - но перед самым новым терминалом на моих глазах машина получила прямое попадание в лоб. И сразу вспыхнул моторный отсек. Чудом Гудаченко и Прудич спаслись и покинули вспыхнувшую машину. Александра порезало осколками страшно, они дошли до санчасти. А БМП с моим ротным пылала перед терминалом... ".

В этот момент со стороны "Бокса" прямо на взлетную полосу выскочили два российских Т-72. Противнику удалось добиться внезапности - ранее никогда танки врага не выезжали открыто прямо на взлетку и не действовали так дерзко. Первый же снаряд прошил нашу БМП. Капитан Сергей Колодий пал смертью храбрых - он погиб мгновенно…

Наш танк успел выстрелить - но у него был осколочно-фугасный снаряд в стволе. Он попал в танк противника, но броня была не пробита. Второй вражеский танк подбил нашу боевую машину. Погиб солдат 17-й танковой, механик-водитель Денис Соколовский: кумулятивный снаряд прожег броню точно по месту механика-водителя..

На помощь товарищам прямо во время боя днем в аэропорт зашла колонна десантников 79-й бригады. Враг был скован боем, и колонна зашла без потерь. С ним в новый терминал зашел и танк майора Межевикина. Противник усилил артобстрел наших позиций".

Продолжает рассказ Кирилл Недря:

"Колонна 79-й прибыла примерно в 13 часов - я за временем тогда следить не мог точно. Я их встречал как старший начальник по новому терминалу и мы хотели их технику загонять в новый терминал, но тут от их командира поступил приказ - два БТР отправить на старый терминал. Тогда я встретил своего друга - однокурсника по Днепропетровскому университету Лешу Тыщика. Радость была искренняя. Пообнимались, минут 10-15 поговорили... Но старший командир 79-й, который завел колонну, дал приказ Алексею вести БТРы на терминал. Я это слышал и сказал: "Давайте пару человек дам в проводники и перебежками пройдете, а как стемнеет, технику туда заведем". Леша ответил: "Нет, приказано идти сразу". Мы с Лехой распрощались, договорившись еще увидеться. Они загрузились в две машины, но что-то мешкали с отьездом... А как только пошли, я тут же увидел танк на взлетке и тут же крик "Редута" по рации: "Танк на взлетке!". 72-ка остановилась и начала сводиться на наши танки, два из которых стояли на входе в новый терминал... Но тут первый БТР, в котором был Леша выкатился прямо на танк. Они рванули, и были уже перед самым старым терминалом когда танк прицелился по ним. Выстрел и Лешин БТР загорелся... Второй выстрел - по второму БТРу - но танк промазал - снаряд ударил в носовую часть, но машина из строя не вышла, отделались несколькими ранеными. Танк начал наводиться на второй БТР, чтобы добить но майор Межевикин выкатился на своем танке, начал дуэль в упор на короткой дистанции, и вторым снарядом взорвал Т-72. По Т-72 начали бить из всех стволов. Там тоже никто не выжил..."

бтр тыщик
На фото - развороченный БТР-80 79-й аэромобильной бригады лейтенанта Алексея Тыщика.
Это в нем погибло 9 десантников: лейтенант Алексей Тыщик, главный сержант - командир отделения Сергей Златьев, солдаты Александр Пивоваров, Анатолий Хроненко, Денис Билый. Еще четверых бойцов в БТРе опознать не удалось - они по-прежнему в списках пропавших без вести... Как видим, их расстреляли в упор. Сзади слева от БТР мы видим БМП-2К капитана Сергея Колодия. Он погиб со своей машиной на несколько часов раньше. А за БМП - остов танка Т-72 российских наемников, который расстрелял обе наших боевых машины. В танковой дуэли его уничтожил Т-64 майора Евгения Межевикина - позывной Адам, который спас от гибели наш второй БТР. Как мы видим, дистанция боя была пистолетной - практически в упор. Все три машины между собой на расстоянии 250-300 метров. БМП-2 подбили, когда ей совсем немного осталось, чтобы укрыться в новом терминале. А БТР вспыхнул сразу на выезде.


бтр
Это БТР-80 и БМП-2 с другого ракурса.

бтр техника
БМП-2 и российский Т-72.
Чтобы спасти второй БТР, по тревоге на взлетку выскочил и танк майора Межевикина - и это спасло второй БТР десантников. Завязалась скоротечная танковая дуэль на короткой дистанции - два танка против одного нашего. Т-72, расстрелявший БТР, промахнулся. И тут же был подбит тремя снарядами танка майора Межевикина. Шквал огня из терминала обрушили на врага и пехотинцы. Российский танк вспыхнул, экипаж был уничтожен.
Второй Т-72, который вел огонь от авиационных ангаров у "Бокса", также не смог нанести урон Межевикину - майор успел всадить еще один снаряд и во второй танк противника, но тот все равно успел откатиться за ангар.

Благодаря подходу резерва и огневой поддержке БМП Колодия, наших окруженных бойцов в терминале С удалось спасти - у них потерь не было, они отошли из опорного пункта. Противник был отбит от нового терминала. Наша артиллерия открыла огонь, и район сосредоточения противника был накрыт огнем - больше атак из "Бокса" наемники не предпринимали, в терминале закрепиться не смогли.

Пали смертью храбрых, до конца преданные воинскому долгу и присяге народу Украины:

колодий

Сергей Колодий - 33 года. Из поселка Пересичное Дергачивского района Харьковской области. С 1 августа принимал участие в обороне Донецкого аэропорта. Кадровый офицер. Технически грамотный специалист по боевой технике. Надежный, волевой, с жестким характером, который не боялся идти на конфликт и не боялся проявлять инициативу. Все его подчиненные были мобилизованными людьми. Он тратил много сил, чтобы они выполняли боевые задачи. Он был настоящим военным профессионалом и продолжал, даже несмотря на все конфликты, выполнять боевые задачи. Он был одним из тех, на ком держалась оборона ДАПа. Армия была его жизнью - свою семью он создать не успел, детей не осталось… Осталось только горе родителей и наша память, память друзей и тех, кто не забывает, какой ценой оплачена наша независимость.

Герой Украины Редут очень уважительно отзывается о Сергее. Генштаб и Минобороны совместно представили капитана к званию "Герой Украины", однако в Администрации президента было принято решение о награждении орденом Богдана Хмельницкого 3-й степени (посмертно).


тыщик

Алексей Тыщик - 30 лет. Адвокат из Днепропетровска. Добровольно призвался в армию после начала войны. Отец Алексея - Александр Иванович, глава юридической компании. Мама - Ирина Валентиновна, была судьей Апелляционного суда Днепропетровска. Трудно представить, но Ирина Тыщик была честным и принципиальным судьей. И также принципиально она воспитала своего сына. С первой волной Алексей попал в АТО в составе 25-й воздушно-десантной бригады. Он всегда вызывался добровольцем и не уклонялся от боевых заданий.
Его первой операцией стала 47-дневная оборона Краматорского аэропорта. Толкового и бесстрашного мобилизованного офицера командир обороны Краматорского аэропорта полковник Сергей Кривонос и сделал своим помощником. Он принимал участие во многих боевых столкновениях. Затем в составе 25-й бригады воевал во многих горячих точках АТО, не раз вступал в бой, отличился в боях за Дебальцево и Шахтерск. Его хотели перевести как квалифицированного юриста в военную прокуратуру, но Алексей перевелся командиром взвода в 79-ю аэромобильную бригаду и выбрал другую карьеру - он пошел в головном БТРе в Донецкий аэропорт…
Мама Алексея, конечно, легко могла бы спрятать сына от войны. Ведь и причины есть - он же квалифицированный специалист, зачем ему воевать в штурмовом подразделении? Алексей обожал свою маленькую дочь, обожал свою маму, с которой они дружили душа в душу, но переводиться в тыл он не стал…

тыщик
Алексей Тыщик, адвокат, до войны. Его дочь привезли из роддома. Дочь держит его мама Ирина. Слева от мамы - сестра Алексея, справа жена Юлия. Папа Александр. Счастливая семья юристов...

После гибели сына его мать Ирина 30 сентября 2014-го покончила с собой. В газете "Факты" вышла о нем прекрасная статья.

златьев
Главный сержант - командир отделения Сергей Златьев - 23 года. Проживал в селе Ленино Фрунзенского района Одесской области. Осталась семья, двое детей, младшей дочери на момент гибели отца исполнилось два месяца.

пивоваров
пивоваров

Солдат Александр Пивоваров - 27 лет. Из поселка Кушугум Запорожской области, жил, учился и работал в Москве. Но он вернулся в Украину, чтобы добровольно призваться в марте 2014-го и защищать Родину от российской агрессии.

соколовсий
Танкист Денис Соколовский - 31 год, родом из села Лозуватка Криворожского района Днепропетровской области.

хроненко

Солдат Анатолий Хроненко из Николаева - осталось двое детей 1992 и 1998 годов рождения.

билый
Солдат Денис Билый - 22 года. Из поселка Горностаевка Херсонской области.
соколачко

Солдат Юрий Соколачко - 43 года. Из села Лоза Иршавского района Закарпатской области.

завирюха
Солдат Александр Завирюха - 22 года. Из села Каменная Балка Первомайского района Николаевской области.

Все одиннадцать погибших - люди со своими судьбами, семьями и интересами, которые могли себя реализовать в разных областях и в разных государствах - но все они захотели жить в новой счастливой независимой стране - Украине. И ради этой цели они отдали себя полностью, без остатка. Помните их - одиннадцать героев, павших в бою в один день на маленьком клочке родной земли - наша свобода и наша мирная жизнь оплачены их кровью...
m.censor.net.ua/resonance/354134/ god_nazad_otrajenie_shturma_ro
ssiyiskih_naemnikov_zaschitnik
ami_aeroporta_28_sentyabrya_20
14go_11_ukrainskih
PMEmail PosterWWW
Top
киянин
Отправлено: Апр 20 2016, 09:27
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25



Капитан ВСУ, который изменил ход всей войны на Донбассе

Этот офицер, я убежден, по-настоящему изменил ход российско-украинской войны. Он просто выполнял боевые задачи, он просто не поддался панике, его бойцы просто выполнили свою боевую работу. Результаты их грамотных действий стали известны всему миру. Об отважных воинах и их командире должна знать вся Украина.

В результате смелых и решительных действий 2-й противотанковой батареи 51-й механизированной бригады 24 и 26 августа было уничтожено не менее 5 единиц российской бронетехники, значительное количество оккупантов убито, но самое главное - 11 российских военнослужащих взяты в плен. Впервые взяты в плен российские агрессоры! Кто же совершил этот подвиг? Ответ есть - он точно установлен, обстоятельства и детали получили подтверждения.
Российские десантники, из экипажей БМД, уничтоженных капитаном Ковалем, взятые в плен отделением сержанта Владимира Козака в селе Зеркальное 24 августа 2014-го, на пресс-конференции в Киеве после захвата в плен

Сколько месяцев мы смотрели репортажи про "зеленых человечков", и они казались неуязвимыми. Да, вот эти всем известные по пресс-конференциям в СБУ и по репортажу "Еспресо.ТВ" российские десантники, все до одного - попали в плен благодаря бойцам одной батареи. Благодаря этим воинам Украина получила важнейшие козыри на международной арене - были впервые предъявлены доказательства российской агрессии, целая группа российских военных. Для современной информационной войны это имело неоценимое значение. Этот очевидный факт российского вторжения позволил Украине добиться активного вмешательства международного сообщества, и коренным образом изменить внешнеполитическую обстановку. Факт пленения российских военных имел колоссальное значение для боевого духа украинской армии и украинского народа, поскольку показал, что врага можно бить, что наши воины имеют достаточный профессиональный уровень, чтобы наносить врагу реальный ущерб.

Сотни офицеров и генералов получают ордена и медали, получают звездопад на погоны и новые должности. Но народ Украины должен знать, что за полтора года войны украинский спецназ не захватил в плен ни одного российского военнослужащего. Ни одной операции Генштаб не провел, чтобы пленить хотя бы одного российского военного.

Но самые большие заслуги перед Родиной и самое большое количество российских пленных было захвачено впервые в этой войне благодаря действиям капитана Константина Коваля и его бойцов. Большинство из них ничем не награждены. Сам капитан остается в том же звании, за свои действия он награжден скромным орденом Богдана Хмельницкого 3-й степени - хотя то, что сделал этот скромный артиллерист, не сделал никто.

Но народ Украины и две маленьких дочери Константина, 2011 и 2014 годов рождения, должны знать: этот тихий, невероятно скромный парень 32 лет, семья которого живет в маленькой съемной квартире, который по-прежнему командует батареей в скромном капитанском звании - настоящий герой Украины, который вместе со своими волынскими парнями из 51-й бригады по-настоящему изменил ход войны.

Капитан Константин Коваль, командир 2-й противотанковой батареи 51-й механизированной бригады под Кутейниково, август 2014 года

Вот рассказ капитана Константина Коваля о его важнейших для украинской истории событиях, которые займут видное место в учебниках и хрестоматиях:

"Моя 2-я батарея противотанкового артиллерийского дивизиона 51-й механизированной бригады была полностью укомплектована мобилизованными бойцами. Я - кадровый офицер. Я просто старался делать свою работу. В АТО мы прибыли только в августе, активного участия в боевых действиях не принимали. Наши орудия расставляли в качестве средства усиления на блокпосты. Контактов с бронетехникой противника не было.
Фото сделано сотрудниками Национального военно-исторического музея Минобороны Украины - это грузовик предположительно из состава 40-го батальона "Кривбасс" под Кутейниково. Машину расстреляли российские войска утром 24 августа, во время парада в Киеве. Недалеко от этого места батарея Коваля уничтожила российские БМД

Утром 24 августа батарея в полном составе - 5 орудий, базировалась на комбикормовом комбинате в Кутейниково. Был праздничный день. До нас уже не первый день доносился гул разрывов артиллерии, по вечерам комбинат и окрестности накрывали "Грады". Но на комбинате мы были надежно укрыты. А к взрывам привыкаешь быстро.

Примерно в 8.00 я получил приказ командира дивизиона выехать на боевое задание в полном составе. Комдив сообщил нам обстановку - российские танковые и механизированные подразделения перешли границу, нам следовало развернуться для отражения вероятной российской атаки на Кутейниково. Детальной информации о направлении удара противника не было, взаимодействия с другими подразделениями тоже не было. Мы сами должны были выбрать подходящий рубеж для прикрытия района Кутейниково.
Район вторжения российских войск

Напугало ли меня российское вторжение? Хорошего ничего в этом не было, но мне дали приказ, значит надо ехать. Это же моя работа. Мы выехали примерно в 11.30 и отъехали недалеко. Рядом было скошенное поле, которое было для нас самым удобным рубежом, поскольку позволяло контролировать дорогу в наш тыл на село Зеркальное. Рядом в лесополосе стояла разведка 28- ой механизированной бригады, которая сообщила нам, что с юга на Кутейниково направляется колонна российской бронетехники. Как только мы развернулись, то увидели странную картину - вся техника 28-й бригады по тревоге завелась и… вся эта часть вышла из лесопосадки и уехала на Кутейниково.

Больше здесь не было наших подразделений. Пехота ушла и нас уже никто не прикрывал. Это было очень странно наблюдать. Предчувствие сложилось недоброе.
Вскоре на большой скорости мимо нас промчался джип батальона "Донбасс". Боец из машины рассказал, что наблюдал движение в нашу сторону колонны бронетехники без опознавательных знаков, но с российскими флагами: "Они идут прямо на вас!"

Многие мои ребята нервничали - ведь это был наш первый бой. Отход подразделений 28-й бригады оставлял нас одних, а ведь наши пушки не маневренные, зайдет противник с фланга и кроме автоматов мы ничем отбиваться не сможем.
Но я решил, что паники мы не допустим. Без боя Кутейниково не сдадим.
Было примерно 12.15, когда из лесопосадки к перекрестку между Кутейниково и Зеркальным на дистанцию 1100-1200 метров выехало три боевых машины без белых опознавательных полос. Больше никого из наших в этом районе не было. Это мог быть только враг. На поле у перекрестка 28-я бригада оставила свою БМП под украинским флагом, недалеко были наши разбитые грузовики. Российские бронемашины подъехали к перекрестку и остановились для оценки обстановки.

Дистанция была примерно 1100-1200 метров. Наводчики внесли поправку, распределили цели. Как только бронемашины противника остановились, я немедленно дал команду "огонь!"
Первый залп - перелет. Я внес поправку - "дистанция 1200!". Второй залп - "огонь!"
Прямые попадания по двум бронемашинам. Третья машина противника развернулась и ушла в посадку. От разбитых машин экипажи побежали в лесопосадку. Одна из бронемашин загорелась и взорвалась. Я сказал зарядить осколочными, и мы накрыли лесопосадку.

Бой закончился. Прошло примерно полчаса, противник, очевидно, доложил обстановку, и по нашему району открыла огонь артиллерия. Они били не совсем точно, разрывы ложились довольно близко. Стало понятно, что противник не знает наших точных позиций, и просто прочесывает квадрат артогнем. Но через какое-то время противник подтянет дополнительные силы, проведет доразведку и скорректирует огонь. Мы стояли просто в поле, и закопаться у нас времени не будет. Кроме того, нас никто не прикрывал, фланги были открыты. Ситуация была опасной.

Поэтому я принял решение свернуться и отойти к главным силам нашей батальонно-тактической группы в район Иловайска. Не имея информации о противнике и не имея прикрытия, я принял решение отходить по железнодорожным путям из Кутейниково, там, где противник нас явно не ожидал. К сожалению, во время отхода пришлось оставить два орудия. Их можно было бы эвакуировать только в спокойной обстановке. Но в этих условиях я не мог рисковать всем личным составом и оставшейся техникой. Российские подразделения могли появиться в любой момент, а батарее на марше нечем было бы их встретить кроме ручного стрелкового оружия".

А вот как рассказывает об этом на допросе российский военнослужащий - младший сержант Владимир Савостеев - участник боя с другой стороны. Савостеев - командир отделения 331-го парашютно-десантного полка 98-й воздушно-десантной дивизии, который командовал БМД-2 с номером 334 - той самой, которая взорвалась в результате огня батареи Коваля:
БМД-2 младшего сержанта Владимира Савостеева из состава 98-й российской воздушно-десантной дивизии, уничтоженная огнем батареи капитана Коваля под Кутейниково 24 августа 2014-го. Фото и топопривязка - сотрудников Национального военно-исторического музея Минобороны Украины

"Мы доехали до перекрестка.. с чего вообще все началось - колонна остановилась, командир роты приказал вернуться за отставшей машиной. Я командир боевой машины. Мне и командиру взвода было приказано вернуться за отставшей машиной. Я выполнил его приказ. С командиром взвода развернули две боевые машины, вернулись к ж/д переезду, где нам нужно было забрать машину - такую же БМД с личным составом. Мы забрали, вернулись на указанную точку, где стояла колонна. Колонны уже не было. Колонна ушла. Проехав где-то метров пятьсот, мы поднялись на горку. Командир постоянно выходил на связь, но связи ни с кем не было. Пытались зрительно найти колонну, но тоже не удалось. Потому что и ветер, и кругом горели поля - увидеть нельзя было.

Мы повернули сначала налево, проехав некоторое время, развернулись. Командир все это время сидел на связи, но никто не отвечал. Мы развернулись в обратном направлении, вернулись к этому перекрестку, повернули направо, то есть в обратном пути откуда мы приехали. Думали может колонна сама развернулась и куда-то уехала. Но тоже самое - колонны не было. Тогда командир приказал развернуть машины и, доехав до перекрестка, повернули направо. Проехав метров 200-300, командир пытался все это время выйти на связь. 3 машины встало, он начал выходить на связь, потому что думал, может из-за гула машин ему не слышно. И в этот момент был первый взрыв. Но снаряд просто взорвался рядом, никого не зацепил. Мы все спрыгнули с машин и заняли круговую оборону.

Половина личного состава - также как и я - заняли у боевых машин. И сразу же за ним прозвучал второй взрыв. Снаряд попал прямо в танк (имеется в виду - в БМД, сержант оговорился. - Ю.Б.). Куда точно - я не могу сказать, не определил. Всех от этой боевой машины раскидало я не знаю на какое расстояние. Пролежав, я не знаю сколько времени ( ну, минут 10), очнувшись я просто пополз. Куда полз.. первое - это подальше от боевой машины, потому что у моей машины начал срабатывать боекомплект. Прополз метров 100-150-200, я увидел, что со мной рядом еще несколько человек. Мы начали вместе выбираться. По нам сразу начал работать пулемет. Потому что мы ползли по полю с подсолнухами и если начинали поднимать голову, сразу же было видно, что очереди шли и подсолнухи падали.

В это время работала артиллерия и с какой стороны она била.. поймите в тот момент не смотришь с какой стороны в тебя летят снаряды. Ты понимаешь, что небе нужно выжить и просто ползешь. Там было поле. Оно было наполовину скошенное. И был перелесок. Мы начали перебегать через этот перелесок и увидели, что по краю дороги бегут тоже наши военнослужащие. Мы начали двигаться все к этому перекрестку. Прибежав туда, мы увидели, что там были окопы, сделано что-то наподобие блиндажа. Мне сразу сказали, что механик-водитель боевой машины, которая взорвалась жив. Наводчик вот здесь сидит. Но механик очень сильно обгорел. Подбежав к нему, я увидел, что наводчик успел оказать ему первую медицинскую помощь.

У него было шоковое состояние, лицо обожжено, на руки страшно смотреть. Все были напуганные, потерянные - что делать, куда дальше, какие действия и что происходит. Никто не мог понять. У нас должны были быть учения и такого ни на одних учениях не было. Я посмотрел, что офицеров нет и принял командование на себя. Приказал уйти в глубину метров на 200 и занять круговую оборону. И оказать помощь раненому до конца. А сам с сержантом Генераловым (заместитель командира взвода, старший сержант Алексей Генералов также был взят в плен 24 августа. - Ю.Б.) остались на перекрестке подождать остальной личный состав, который остался там. Может, кто живой есть, чтобы вернуться и забрать. Мимо нас проехало две боевых машины в сторону горевшего танка. Они подавали сигнал сбора и несколько раз останавливались. Мы поняли что они забирали тех, кто оставался там.

Боевые машины еще немного времени покружив там вернулись на перекресток и проехав мимо нас, может они не увидели нас. Но в определенный момент один механик водитель увидел нас. Мы ему махнули что нужно проехать чуть дальше чтобы нас забрать, что в глубине леса личный состав. Но может он недопонял меня, скорее всего тоже был напуган. Потому что у нас никто не участвовал ни в каких боевых действиях.. мы начали двигаться, вернулись к личному составу и приняли решение, так как механику становилось очень плохо, надо было просто его спасать. Мы начали выбираться оттуда. Потому что кто-то из нас может понимал, что происходит что-то не то. Не по закону учений. Ни на одних учениях такого не было.

Дойдя до моста, мы увидели несколько военнослужащих. Людей в военной форме с оружием. Увидев нашего раненного, они сразу же подошли к нам и предложили оказать помощь раненному. Мы согласились потому что он уже начал терять сознание и шок начал проходить. А боль у него была скорее всего непереносимая. Спросили кто старший. Я сказал - я. Меня проводили в их штаб. Наподобие то ли сарая, то ли фермы. Там были военнослужащие уже с нашивками, со всем.. нашивки не наши. И там мне объяснили, что мы находимся на украинской территории и находимся в плену".

Мы видим полное совпадение в описании деталей боя с двух сторон.
Место, на котором были уничтожены российские БМД - топопривязка Национального военно-исторического музея Украины
Огромную и неоценимую работу по установлению обстоятельств боя провели работники Национального военно-исторического музея Минобороны Украины, которые в сентябре 2014-го побывали на месте боя, и провели точную привязку к местности - именно военные историки обнаружили и сфотографировали остатки БМД-2 №334.

Это точка на трассе Осыково-Кутейниково близ отметки 182,0. И можем сделать еще один важный вывод из показаний пленных российских десантников - в результате точного огня батареи Коваля, и последующего обстрела осколочными снарядами лесопосадки, куда побежали спасаться экипажи двух разбитых БМД, старший лейтенант Михаил Миленко - командир 3-го взвода 1-й парашютно-десантной роты 331-го полка, испугался и потерял управление своими бойцами. В результате потери связи с командованием, 10 российских десантники во главе со старшим сержантом Алексеем Генераловым и с младшим сержантом Савостеевым пошли в направлении села Зеркальное, где их без боя взяло в плен отделение разведчиков 51-й механизированной бригады под командованием сержанта Владимира Козака:

"В 17.00 я вывел бойцов в секрет в посадке у дороги близ села. И вскоре мы увидели, как по дороге со стороны Кутейниково на нас идут 10 солдат. Они шли, как "телятко на пасовищі". Они передвигались не в боевом порядке, и не были готовы к бою.

Мы взяли их без какого-либо сопротивления. Они были потрясены происходящим. Мы говорили с ними по-русски. Они рассказали сразу, что являются российскими военнослужащими из 98-й воздушно-десантной дивизии. Их направили на маневры в Ростовскую область. Ночью с 23 на 24 августа они пересекли границу Украины. Утром их подразделение в посадке в трех километрах от Кутейниково попало под обстрел. Была уничтожена боевая машина десанта, один из них был легко ранен. Двое их товарищей были убиты. Потеряв технику и связь, десантники пошли куда-то в поисках медицинской помощи. Они были шокированы тем, что попали в Украину и что здесь настоящая война.

Они нас не ожидали встретить. И сдались без сопротивления".
Фотография отделения российских десантников, часть которых попала в плен, сразу после вторжения в Украину. Обратите внимание на отсутствие опознавательных знаков

Так попали в плен российские десантники 98-й дивизии:

Архипов Сергей, Генералов Алексей, Горяшин Андрей, Кузьмин Артем (механик-водитель БМД-2 №334, ранен в результате прямого попадания снаряда) Мельчаков Иван, Митрофанов Артем, Почтоев Егор, Романцев Иван, Савостеев Владимир, Селезнев Сергей, Смирнов Сергей.

После прибытия орудий батареи Константина Коваля под Иловайск он немедленно получил новую задачу прикрыть от дальнейших атак противника дорогу из Кутейниково на Иловайск. И 26 августа под руководством капитана состоялся второй известный бой, в результате которого было захвачено еще трое российских военнослужащих.

Коваль занял удобную позицию. И замаскировал орудие батареи прямо на дороге. Наводчиком орудия был сержант Лукашук. Вот как рассказывает о действиях артиллеристов участник боя - начальник бронетанкового вооружения ОК "Юг" полковник Евгений Сидоренко:
"26 августа в 15.00 по дороге от Кутейниково на Иловайск была обнаружена колонна российской бронетехники - 16 единиц, включая танки, которая двигалась прямо на наши позиции, подвергшиеся артобстрелу. По радиостанции я услышал о движении колонны. Я был один рядом с российским танком, экипаж не был сформирован.

Зная, что на позиции, прикрывавшей дорогу, стоит только одна наша противотанковая пушка "Рапира" из состава 2 противотанковой батареи 51-й механизированной бригады, я сел на место механика - водителя, и поехал на угрожаемое направление. У орудия стоял сам комбат Константин Коваль. Он прорвался из окружения в Иловайске, поэтому с удовольствием называю его имя. Наводчика орудия я также записал имя, но он пока не значится в списках вышедших из "котла", поэтому говорить сейчас об этом героическом воине и его расчете пока не буду. Парни проявили себя просто блестяще и профессионально. Первым же выстрелом была уничтожена головная машина противника - это была МТЛБ-6М, которая состоит на вооружении только российской армии.
Орудие старшего наводчика Лукашука из состава батареи капитана Коваля на дороге Кутейниково-Иловайск, 26 августа 2014-го года. Через несколько часов на батарею выйдет колонна российской 31-й десантно-штурмовой бригады, и рядовой Лукашук уничтожит 3 МТЛБ. Комбат Коваль управлял боем. Орудие было грамотно расположено и замаскировано, это обеспечило внезапность действий. Артиллеристы выждали, пока враг подойдет на 200 метров - били почти в упор, не страшась ответного огня.

В этот момент я понял, что надо прикрыть наше орудие во время перезарядки и отвлечь внимание от нашей засады, и резко выехал вперед на дорогу, перебрался в кресло командира и открыл огонь из крупнокалиберного пулемета по вражеской колонне и разбегающимся солдатам. Было немного тревожно, конечно, я же не знал, кто там за моей спиной - вдруг их сейчас накроют огнем, или они побегут, а я тут один останусь, на открытой местности вообще без шансов. Но ребята оказались настоящими героями и профессионалами. Они подбили две следующих машины противника.
Три МТЛБ - марки МТЛБ-ВМ и МТЛБ-6МА российского производства, которых нет на вооружении украинской армии, разбитых огнем орудия солдата Лукашука из батареи Коваля 26 августа 2014-го под Иловайском

Россияне открыли беспорядочный огонь и под прикрытием дыма и пожара трех передовых бронемашин скрылись, бросив своих убитых и одного тяжелораненого солдата из состава 31-й десантно-штурмовой бригады".
Российские десантники Руслан Ахмедов и Арсений Ильмитов из состава 31-й десантно-штурмовой бригады, взяты в плен под Иловайском 27-28 августа 2014 года (на коллаже возможна ошибка). Находились в составе подразделений 31-й бригады, три МТЛБ, в которой были уничтожены огнем орудия солдата Лукашука из батареи Коваля, однако взяты в плен немного позднее этого боя

Благодаря профессионализму и личному мужеству съемочной группы "Еспресо.ТВ" в составе Егора Воробьева и Ростислава Шапошникова, об этом событии узнала вся Украина.

Вероятно, из того же подразделения могли быть и взятые в плен позднее солдат Руслан Ахмедов и старший сержант Арсений Ильмитов из состава 31-й десантно-штурмовой бригады. Обстоятельства их пленения уточняются. Возможно они и были в других машинах из той разбитой колонны.

В бою 26 августа огонь по врагу прямой наводкой вел старший наводчик рядовой Лукашук, который также достоин самой высокой награды - посмотрите с какой короткой дистанции он открыл огонь! Его орудие было прямо на дороге, под ответным огнем врага, но он не прекращал бой, пока не уничтожил три машины противника!
Разбитые МТЛБ 31-й десантно-штурмовой бригады РФ - вид со стороны Кутейниково. Орудие Коваля стояло чуть выше на самом повороте дороги . Оцените, какая была короткая дистанция

Список особового складу
2-ої протитанкової артилерійської батареї
51-ої окремої гвардійської механизованої бригади,
яка відзначилася в бою з передовим загоном противника
на підступах до міста Іловайськ
26 серпня 2014 року

1. Капітан Коваль К. В.
2. Лейтенант Полюхович П. П.
3. Лейтенант Шванк О. М.
4. Молодший сержант Радь Ю. С.
5. Старший солдат Бодейчук В. М.
6. Старший солдат Голіней М. І.
7. Старший солдат Калюжний Ю. В.
8. Старший солдат Ковальчук Я. П.
9. Старший солдат Котик В. В.
10. Старший солдат Лаврішин Б. І.
11. Старший солдат Лящук М. М.
12. Старший солдат Пятківскький Р. М.
13. Старший солдат Самчук Т. О.
14. Старший матрос Карпюк А. М.
15. Рядовий Абраменко Д. В.
16. Солдат Ахметов О. С.
17. Солдат Жук А. О.
18. Солдат Криворучко Н. С.
19. Рядовий Лукащук В. О.
20. Рядовий Педченко М. С.
21. Солдат Руссов О. А.
22. Рядовий Франчук З. В.
23. Солдат Цалай Д. С.
24. Старший солдат Касянчук С. Я. (прикомандирований).

Склад гарматного розрахунку,
який знищив в бою 26 серпня 2014 року
дві ворожі бойові машини МТ-ЛБ

1. Старший навідник рядовий Лукащук В. О.
2. Номер розрахунку солдат Руссов О. А.
3. Номер розрахунку старший солдат Касянчук С. Я.
4. Механік-водій старший солдат Ковальчук Я. П.

Автобиография героя- капитана Константина Коваля:

"Коваль Костянтин Валерійович народився 18 вересня 1983 року в м. Львові в родині військовослужбовця, українець.

В 1990 році пішов в перший клас Ізяславської середньої школи, 8 класів якої закінчив в 1997 році та поступив до Львівського державного ліцею з посиленою військово-фізичною підготовкою, який закінчив в 2000 році.

В 2001 році поступив до Сумського військового інституту Ракетних військ і артилерії, який закінчив в 2005 році та був направлений для проходження служби у війська Західного оперативного командування, у м. Яворів, де проходив службу на посаді командира взводу - старшого офіцера на гаубичній самохідно-артилерійській батареї - до лістопада 2005 року.

У зв'язку з реорганізаційними заходами був переведений в м. Львів до 10-го окремого батальйону охорони та обслуговування штабу ЗахОК, де проходив службу на посаді командира взводу охорони роти охорони - до червня 2008 року.

Для подальшого проходження служби був переведений в м. Луцьк до Волинського обласного військового комісаріату, де проходив службу на посаді офіцера 1-го відділу - мобілізаційного і обліку - до січня 2009 року.

У звязку з реорганізаційними заходами був переведений в м. Володимир-Волинський до 51-ї окремої механізованої бригади, де проходив службу на наступних посадах:
З січня 2009 року по жовтень 2010 року - командир взводу - старший офіцер на гаубичній самохідно-артилерійській батареї.

З жовтня 2010 року по квітень 2014 року - командир кадру протитанкової батареї протитанкового артилерійського дивізіону.

З квітня 2014 року по дійсний час - командир протитанкової батареї протитанкового артилерійського дивізіону".

Капитан Коваль участвовал в прорыве окружения из Иловайска. Он прошел через ад, но в плен не сдался, и сумел выйти из окружения с группой бойцов. Сейчас продолжает службу. В том же звании, в той же должности, в той же съемной квартире... Не лучше положение и других героев батареи Коваля. Вся их 51-я бригада после августовских была обвинена в невыполнении приказов и... расформирована! Поэтому героями им не стать - если только народ Украины не решит по-другому и не поможет восстановить справедливость.

Наш долг отдать самую большую дань уважения этому герою и воинам 51-й бригады, которые в те страшные месяцы 2014-го совершили невозможное. Они показали что врага можно бить. Спасибо, парни, низкий поклон..

Благодарю за помощь в подготовке статьи военных историков из Национального военно-исторического музея Министерства обороны Украины.

Юрий Бутусов
Источник: Цензор.НЕТ

http://www.technosotnya.com/2015/12/Kapita...a-Donbasse.html
PMEmail PosterWWW
Top
киянин
Отправлено: Июл 8 2016, 09:16
Цитата


експерт Засновник форума
*****

Группа: Администраторы
Сообщений: 2378
Из: Київ
Пользователь №: 1
Регистрация: 12-Апреля 10
Статус: Offline

Репутация: 25



"За одну ночь 13 человек больше никогда не будут воевать против Украины", - волонтер
07.07.2016 18:16

Волонтер Юрия Мысягин написал в "Фейсбуке".

"Светлодарская дуга.

В ночь с вторника на среду наши военные из состава специальных сил, имеющие на вооружении винтовки калибра 12,7 и не имеющие аналогов тепловизионные прицелы украинского производства "АRCHER", работающие на дистанцию до 2000 метров, провели ночную операции по "успокоения" зарвавшегося противника.

Все было очень и очень спокойно.
Приехали молодые ребята, хорошо "упакованные". Походили днём, изучили позиции и за одну ночь 13 человек больше никогда не будут воевать против Украины.

Ждём позже ещё хороших новостей".

http://donbass.ua/news/region/2016/07/07/z...y-volonter.html
PMEmail PosterWWW
Top
0 Пользователей читают эту тему (0 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
0 Пользователей:

Topic Options ОтветитьНовая темаСоздать опрос

 


Текстовая версия